Находка сделана на участке между Метромостом и Молитовским мостом при проведения спасательных археологических исследований, предшествовавших инженерным работам по укреплению склона. Могильник содержит более 200 захоронений лиц разного возраста и пола.

О том, что в этом месте располагалось немецкое кладбище известно из исторических источников. Так в Писцовой книге 1621-1622 годов по Нижнему Новгороду, являвшейся своеобразным средневековым реестром недвижимости, отмечено:

«Да за старым острогом старая Немецкая слобода вверх Оки реки на берегу к Коровьему взвозу и за Коровий взвоз... Да за Коровьим взвозом в полугоре пустых мест немецких дворов вверх по берегу Оки реки вдоль с две десятины и с немецким кладбищем».

Немцами в России XV-XVII веков называли западноевропейцев, но не обязательно германец. Слово «немец» окончательно утвердилось за германцами только начиная с Петровской эпохи. По свидетельству историков в XVII веке в немецкой слободе Нижнего Новгорода помимо германцев жили шведы, датчане, шотландцы и литовцы.

Начало немецкой слободы связано со временами Ионна Грозного. В 1565 году он, обвинив граждан Дерпта в тайных сношениях с магистром ливонским и переселил дерптских немцев с их семьями в Углич, Владимир, Кострому и Нижний Новгород. В ссылку за ними отправился дерптский пастор Веттерман, который имел право посещать все города, в которых были поселены немцы и значился их пастырем до лета 1570 года. Он несколько раз приезжал в Нижний Новгород.

Согласно Писцовой книге в 1622 году в городе постоянно жил лютеранский пастор. Он имел собственный дом с огородом и садом. Дом этот стоял на Никольской улице, в Малом остроге у Никольских кремлевских ворот - нынешней Никольской башни, почти на том самом месте, где стоит дом Н.П. Васильева, и был в числе нетяглых.

Немецкий путешественник Адам Олеарий, побывавший в Нижнем Новгороде в 1636 и 1638 годах, в своем травелоге отмечал:

«Здесь мы нашли самых крайних на востоке лютеран, которые могли служить по своей вере в открытой церкви; в то время их община доходила до 100 человек. Многие из них были военные офицеры, шотландцы, частью существовавшие службою великому князю, частью жалованьем мирного времени, a также винокурением, пивоварением и продажею крепких напитков, - что, по особой милости, было им предоставлено».